Леди киллер [= Смертельные обьятия, Любовь до смерти ] - Мартина Коул

Патрик сел, сел и Уилли. Флауэрс вернулся на свое место за столом. С него, конечно, сбили спесь, это ясно, но в то же время он испытал облегчение: визит Келли, если даже о нем пронюхает пресса, может показаться вполне естественным и уместным, поскольку дочь Келли — одна из жертв преступника.

— Весьма сожалею, Патрик, но, слово чести, наш участок сегодня буквально в осаде!

— И еще ты пропустил партию в гольф, да? У меня прямо сердце разрывается, глядя на тебя!

Флауэрсу не очень-то пришелся по вкусу гвоздь, который Келли в него вколотил, утопив по самую шляпку, но он проглотил оскорбление. С Келли приходится считаться, слишком много он знает и о Флауэрсе, и о других. Так что нажить в его лице врага совсем нежелательно!

Вошла Джанет с кофе и кофейными чашками на подносе, поставила поднос на стол и, улыбнувшись Патрику, вышла из комнаты. Рука Флауэрса слегка дрожала, когда он принялся разливать кофе по чашкам. И все из-за этого Келли!

— Итак, чем я могу вам помочь?!

— Фредди, сынок, надеюсь, ты уже вырос из коротких штанишек? Я хочу кое-что тебе предложить!

Флауэрс окончательно растерялся: не хватало еще, чтобы Келли пришел сюда обсуждать с ним свой бизнес!

— Что же ты собираешься мне предложить?

— Речь пойдет об убийце: я, кажется, знаю, как поймать этого гада!

Флауэрс поставил на стол чашку с кофе.

— Тебе известно, кто он? — Флауэрс знал, что Патрик Келли уже назначил цену за голову Потрошителя. И не только Флауэрс.

Патрик не торопясь глотнул кофе.

— Нет, не известно. В противном случае, Фредди, он был бы уже мертв. Мертвее разделанной селедки! Кто он — я не знаю, но знаю, как его поймать. Тут мне и нужна твоя помощь.

— Что же я могу сделать? — удивился Флауэрс.

— Несколько лет назад в округе Лестер у всех мужчин, живших неподалеку от места убийства, взяли кровь на анализ, и это здорово сузило круг подозреваемых, облегчив задачу полиции.

Флауэрс протестующе поднял руку:

— Послушай, Патрик, ты не представляешь, во что это обойдется. А гарантии никакой. На нас сразу набросятся «защитники прав человека», не говоря уже об остальных «обществах», станут вопить, что эта затея с анализом крови — лишь предлог для манипулирования людьми, что все, у кого типичные ДНК, окажутся под ударом и на них будут валить вину за все преступления на сексуальной почве, и, наконец, что это покушение на гражданские права и свободы… Ох, ты даже половины последствий не можешь вообразить!

Патрик допил кофе, поставил чашку на стол и сказал:

— Вот что, Фредди, за весь этот треп я не дал бы и обезьяньих яиц! Надо сделать то, что я предлагаю. Расходы беру на себя! Так что заткнись, будь любезен, хоть на пять минут и выслушай меня! Ладно?

В глазах Келли появился металлический блеск, и Флауэрс кожей ощутил исходившую от этого человека силу.

Не торопясь, очень уверенно Патрик Келли принялся излагать свой план, и через пять минут нагнал на Флауэрса такого страху, что этот страх, казалось, можно было попробовать на вкус. И только через пятнадцать минут Флауэрс наконец стал понимать суть дела и несколько успокоился. А через два часа, перед самым уходом Патрика, они достигли вполне приемлемого для обоих соглашения.

— Ко мне тут вчера заходил некто, — Флауэрс сделал небольшую паузу, чтобы выделить имя, — некто Дэниел Барроуз. Жаловался, что ваша милость путается с его бывшей женой, просил в это дело вмешаться.

После такого заявления Флауэрс полностью расслабился: наконец-то он достал Патрика Келли!

Патрик ничего не сказал, только глаза его недобро сверкнули, и после нескольких секунд молчания, показавшихся Флауэрсу вечностью, он вышел из кабинета. А четверть часа спустя и сам Флауэрс покинул свое рабочее место.

Патрик Келли вернулся домой только во второй половине дня и сразу сел к телефону. К восьми вечера он уже успел переговорить с заместителем начальника управления полиции, с двумя ответственными членами кабинета министров и другими нужными людьми. В семь пятнадцать он позвонил Флауэрсу и рассказал о результатах переговоров.

На следующий день Кэйт и Кэйтлина вызвали к Рэтчету. К немалому удивлению Кэйт, там оказался и старший констебль.

— Как мне стало известно, — заговорил старший констебль, когда все сели, — вы считаете, что на данный момент единственная улика убийцы — его генетический код, и поэтому следует взять на анализ кровь всех без исключения мужчин, проживающих в этом районе в возрасте от четырнадцати до семидесяти лет. Именно это вы предлагаете, да?

Кэйт обвела взглядом сидевших перед нею мужчин.

— Я предлагаю именно это. Пусть даже мы выйдем на убийцу не сразу, зато выведем из-под подозрения многих людей.

— Но убийца не настолько глуп, чтобы дать свою кровь на анализ, а?

Кэйт пожала плечами:

— Возможно, вы правы, сэр. Но все равно, круг подозреваемых сузится, и с оставшимися можно будет работать на основе юридически подтвержденных доказательств об их непричастности к преступлениям, что позволит…

— Хорошо-хорошо, общая картина ясна, нетерпеливо остановил ее Флауэрс.

Наступило молчание. Кэйт заметила, как Рэтчет и Кэйтлин переглянулись. Что происходит? Кэйт была в недоумении.

Флауэрс вытащил из кармана носовой платок размером чуть ли не с полотенце и громко высморкался, устроив из этого настоящее действо. Тянет время, подумала Кэйт.

— Ну ладно, Рэтчет, введите всех в курс дела, а мне пора возвращаться. — С этими словами Флауэрс направился к двери. Кэйт проводила его изумленным взглядом.

— Что, черт побери, происходит?

Рэтчет улыбнулся:

— Ты добилась своего, Кэйт. Решено произвести анализы крови и слюны.

Кэйт, ошарашенная, откинулась в кресле.

— Бог ты мой!

Кэйтлин засмеялся:

— Все решено, Кэйти! Впервые после свадьбы собственной дочери вижу, чтобы какое-нибудь дело решалось с такой быстротой: в понедельник, двенадцатого февраля, уже начнут брать анализы!

Кэйт повернулась к Кэйтлину:

— А вам-то это откуда стало известно? И почему старший констебль в таком дурном расположении духа? Что все-таки происходит?

Ответил Рэтчет:

— Ничего особенного. Просто вашу идею, Кэйт, довели до сведения высоких чинов, и она им понравилась. Старший констебль — противник больших затрат, но убийцу нужно найти! Общественное мнение взбудоражено, требует от полиции действий, и правительство решило выделить соответствующие фонды. Постарайтесь наилучшим образом их использовать, и поскорее, а то, чего доброго, дадут делу задний ход!

— Но как получилось, что я ничего не знала об этом решении?